| Murchik пишет: |
| На эмоциональном уровне марксизм — идеология зависти, никакая форма государственного устройства, предлагаемая поверх нее не компенсирует кровавой бани, необходимой для ее «строительства». Не только по моральным соображениям, но и потому что не достигает заявляемых целей даже по ее собственным меркам вроде материальной обеспеченности. |
Потрясения и кризисы необходимы, потому что благодаря им возможно изменение общественного устройства с архаичных моделей прошлого на более современные.
Как Французская революция конца 18-го века, так и Русская революция 1917, оказали огромное позитивное влияние на весь мир, хотя в своих странах они довольно жёстко шли. Если рассматривать революции на протяжении десятков лет, конечно.
Только большие потрясения меняют что-то в умах, заставляют задумываться, менять отношение много к чему, искать какие-то решения старых проблем, которые привели к тупику, из-за которого потрясения и развились.
Зависти за марксизмом нет, там есть скорее желание справедливости, но при этом нет какой-то попытки осознать причины, почему развилась та модель, которая есть, поможет ли новая модель избежать старых проблем, либо же воспроизведёт старую, но в новой форме. Над причинами не задумывались, поэтому получилось то, что старая модель была воспроизведена, причём возможно ещё в худшем виде, чем было.
Эмоциональная модель марксизма это чтобы не было угнетателей. Но реально она воплотилась в виде, что вместо прежних угнетателей возникли новые.
