Всегда пишу про социальную природу человека. Человек животное социальное, эти программы очень-очень сильны. В частности, необходимо иметь какую-то социальную связь, что можно сформулировать так, что человеку очень важно быть востребованным. Чтобы он был кому-то нужен, для чего-то нужен, чтобы от него что-то зависело или кто-то зависел. Без этого уже не жизнь, а какое-то растительное существование.
Те же карантины нанесли очень жёсткий удар, когда многим фактически объявили, что то, что они делают, не нужно, это второстепенно, без этого можно обойтись, вот получи денежку и кормись как-нибудь. Это удар очень сильный. Но это лишь звено общей цепи.
То же служение режиму, это фактически та же программа. Человек ощущает свою востребованность в этом. Или служение каким-то идеалам, вроде религиозного фанатизма.
Проблема сейчас в том, что люди, в общем то, не нужны, их переизбыток. Из-за того, что растёт производительность труда, очень небольшое количество людей может обеспечить основные потребности большинства. Соответственно, нужно придумать, чем занять большинство.
Пособия и т.п. решают проблему физического выживания, за него не надо сражаться. Но они не решают проблему востребованности. А поскольку востребованности нет, то люди сами придумывают себе занятия осмысленные, например участвовать в борьбе против чего-нибудь. Отсюда и все эти движения в развитом мире.